суббота, 14 февраля 2015 г.

«Голос совести и её мученик»: к 160-летию В.М. Гаршина


Всеволод Михайлович Гаршин, портрет работы И. Репина, 1884. Музей Метрополитен, Нью-Йорк
Всеволод Михайлович Гаршин – русский писатель, поэт, художественный критик родился 14 февраля 1855 года в имении Приятная Долина, Бахмутского уезда, Екатеринославской губернии (ныне Донецкая область Украины), в старой дворянской семье, ведущей свою родословную, по преданию, от золотоордынского мурзы Горши.
Отец писателя, Михаил Егорович Гаршин (1817-1870), проучился два года в Московском университете на юридическом факультете, но потом, как сам говорил, «увлёкся военной службой» и поступил в кирасирскую дивизию. Он стал офицером, участвовал в Крымской войне 1853-1856 годов, служил в Глуховском полку. Мать, Екатерина Степановна Акимова, дочь помещика, отставного морского офицера, была человеком образованным. Она много читала, хорошо знала литературу, писала занимательные письма, могла переводить с французского и немецкого, шить на машинке и делать всякое домашнее дело, но лучше всего умела говорить, рассказывать о прочитанном, о литераторах, о своих знакомых, о каких-нибудь литературных или житейских курьёзах. В 1860-х годах она принимала активное участие в революционно-демократическом движении.

Детство Всеволода прошло в военной среде, и позднее он вспоминал: «Как сквозь сон помню полковую обстановку, огромных рыжих коней и огромных людей в латах, белых колетах и волосатых касках. Вместе с полком мы часто переезжали с места на место; много смутных воспоминаний сохранилось в моей памяти из этого времени, но рассказать я ничего не могу, боясь ошибиться в фактах». В 1858 году отец Гаршина, получив наследство от умершего деда, вышел в отставку, купил дом в Старобельске, Харьковской губернии, где и стала жить вся семья.
В восприимчивой душе Всеволода рано стал развиваться безнадёжно-мрачный взгляд на жизнь. Немало этому содействовало и необыкновенно раннее умственное развитие. К четырём годам мальчик научился читать. Чтению его обучил домашний учитель П.В. Завадский, используя в качестве пособия старую книжку «Современника». Семи лет он прочёл «Собор Парижской Богоматери» Виктора Гюго и, перечитав его 20 лет спустя, не нашёл в нём ничего для себя нового. В возрасте 8-9 лет он уже зачитывался «Современником».

В 1864 году Гаршин поступил в 7-ю петербургскую гимназию. Учился он довольно плохо, хотя не отличался особой леностью: много времени уходило на постороннее чтение. Из-за болезней и плохой успеваемости семилетний курс гимназии для Гаршина превратился в десятилетний. Хорошие отметки он получал только за русские «сочинения» и по естественным наукам, к которым чувствовал любовь, а математику он искренне ненавидел. В 4 классе Гаршин начал принимать участие в гимназической литературе. Его фельетоны (за подписью «Агасфер») пользовались успехом в гимназической «Вечерней Газете», выходившей в течение целого года. Подражая «Запискам охотника» он писал небольшие рассказы. Тогда же под влиянием «Илиады» Гаршин сочинил поэму гекзаметром в несколько сот стихов, в которой описывался гимназический быт, преимущественно драки. Несмотря на серьёзные проблемы с учёбой, гимназия оставила у Гаршина самые добрые воспоминания.

Не имея возможности поступить в университет, Гаршин хотел стать врачом и поступить в Медицинскую академию. Но его гимназию преобразовали в реальное училище, и Гаршину пришлось выбирать какое-нибудь из технических заведений, хотя профессия инженера его не привлекала. Он выбрал то, где было поменьше математики, и в 1874 году поступил в петербургский Горный институт.
Спустя два года состоялся его литературный дебют. В основу его первого сатирического очерка «Подлинная история Энского земского собрания» (1876), напечатанного в газете «Молва», легли воспоминания о провинциальной жизни в Старобельске.
В студенческие годы Гаршин сблизился с молодыми художниками-передвижниками и выступал в печати со статьями о живописи, представленной на художественных выставках. Позднее он близко познакомился с И. Репиным, который использовал этюд с Гаршина для лица царевича Ивана в картине «Иван Грозный и его сын Иван», а написанный им отдельно портрет Гаршина – одна из лучших работ Репина в этом жанре.

Учёбе Гаршин уделял не слишком много внимания, с интересом слушая только лекции Д.И. Менделеева по химии. Завершить учёбу в Горном институте Гаршину не удалось – война с турками прервала его занятия.

1877 год
Отправиться добровольцем в Сербию одержимый порывом разделить «общее страдание» Гаршин собирался ещё в 1876 году, но безуспешно. Однако в день объявления Россией войны Турции, 12 апреля 1877 года, Гаршин добровольцем вступил в действующую армию. В тот день он вместе с товарищем готовился к экзамену по химии, когда принесли манифест о войне. В ту же минуту записки были брошены, Гаршин побежал в институт подавать просьбу об увольнении, а через несколько недель он уже был в Кишинёве вольноопределяющимся Болховского полка.
В этом поступке отразилась необыкновенно гуманная натура Гаршина – на войну он пошёл исключительно потому, что ему казалось постыдным не принять участия в освобождении братьев-славян, изнывавших под турецким игом. Он уходил на войну чтобы если не помочь братскому народу, то, по крайней мере, разделить с ним тяжёлую участь. Но для него достаточно было первого же знакомства с действительной обстановкой войны, чтобы понять весь ужас истребления человеком человека.
В сражении 11 августа у болгарского селения Аяслар, как гласила официальная реляция, «рядовой из вольноопределяющихся В. Гаршин примером личной храбрости увлёк вперёд товарищей в атаку, во время чего был ранен в ногу». Рана была неопасная, но в дальнейших военных действиях Гаршин уже участия не принимал.
Получив годовой отпуск по ранению, Гаршин вернулся в Петербург, где его тепло приняли писатели круга «Отечественных записок» – М.Е. Салтыков-Щедрин, Г.И. Успенский и другие. В июне 1878 года Гаршин был произведён в офицеры, но продолжать военную службу не захотел. В феврале 1879 года он по состоянию здоровья вышел в отставку, с сентября полгода пробыл вольнослушателем историко-филологического факультета Петербургского университета, а затем всецело отдался литературной деятельности.

Личные впечатления послужили материалом для первого рассказа о войне «Четыре дня» (1877), который Гаршин написал в госпитале. После его публикации в октябрьском номере журнала «Отечественные записки» имя Гаршина сразу стало известно всей России. В этом произведении, поводом к которому послужил действительный случай с одним из сослуживцев Гаршина, ярко выражен протест против войны, против истребления человека человеком.
Этому же мотиву посвящён целый ряд рассказов: «Денщик и офицер», «Аяслярское дело», «Из воспоминаний рядового Иванова» и «Трус» (1879). Герой последнего, студент-медик, мучается в тяжёлых раздумьях и колебаниях между стремлением «принести себя в жертву за народ» и страхом перед ненужной и бессмысленной смертью. Он не хочет убивать других людей, не хочет идти на войну. Тем не менее, он, подчиняясь общему порыву и считая это своим долгом, записывается добровольцем и гибнет. Бессмысленность этой гибели не даёт покоя автору.

Даже изображая людей искусства, Гаршин не находил разрешения своим мучительным душевным поискам. Рассказ «Художники» (1879) проникнут пессимистическими размышлениями о ненужности настоящего искусства. Его герой, нравственно-чуткий человек и талантливый художник Рябинин, не может спокойно предаваться эстетическому восторгу творчества, когда кругом так много страданий. Он бросает живопись и уезжает в деревню, чтобы учить крестьянских детей.

В рассказе «Attalea Princeps» (1880) Гаршин в символической форме выразил своё мироощущение. Свободолюбивая пальма в стремлении вырваться из стеклянной оранжереи пробивает крышу, а достигнув цели и выбившись на «свободу», со скорбным удивлением спрашивает: «и только-то?», после чего погибает под холодным небом. Романтически относясь к действительности, Гаршин пытался разорвать заколдованный круг жизненных вопросов, но болезненная психика и сложный характер возвращали писателя в состояние отчаяния и безысходности.

В конце 1882 года Гаршин вернулся в Петербург. Писал он мало, хотя практически все его произведения печатались и были популярны. Зарабатывать литературным трудом он не мог, и не строил на этот счёт иллюзий. Чтобы иметь определённый нелитературный заработок, в том же году Гаршин поступил на службу в контору Аноловской бумажной фабрики, а затем получил место секретаря в канцелярии Съезда представителей железных дорог. Помимо этого, он сотрудничал с В.Г. Чертковым в издательстве «Посредник», а также принимал участие в работе Комитета общества для пособия нуждающимся литераторам и учёным. Этот период Гаршин считал самым счастливым в своей жизни. Чувствовал он себя довольно хорошо, хотя временами у него и бывали периоды глубокой, беспричинной тоски.

Много душевных сил писатель потратил на лучший из своих рассказов – «Красный цветок» (1883). Герой его, психически больной, борется с мировым злом, которое, как рисуется его воспалённому воображению, сконцентрировано в трёх ослепительно красных цветках мака, растущих на больничном дворе: достаточно сорвать их, и будет уничтожено всё зло мира. И ценой собственной жизни герой уничтожает зло. Рассказ этот можно назвать полубиографическим, потому что и Гаршин, в припадках безумия, мечтал сразу уничтожить всё зло, существующее на земле.

В 1882 году вышел его сборник «Рассказы», который вызвал в критике жаркие споры. Гаршина осуждали за пессимизм, мрачный тон его произведений. Народники использовали творчество писателя, чтобы на его примере показать, как мучается и терзается угрызениями совести современный интеллигент. В последующие годы Гаршин стремился к упрощению своей повествовательной манеры. Появились рассказы, написанные в духе народных рассказов Толстого, – «Сказание о гордом Аггее» (1886), «Сигнал» (1887). Детская сказка «Лягушка-путешественница» (1887), где та же гаршинская тема о зле и несправедливости разработана в форме сказки, исполненной грустного юмора, стала последним произведением писателя.

За свою жизнь написал В.М. Гаршин совсем немного – лишь несколько десятков небольших рассказов, новелл и коротких сказок. Но это немногое внесло в литературу ту ноту, которой в ней прежде не было или она не прозвучала столь сильно, как у него. «Голосом совести и её мучеником» назвал Гаршина критик Ю. Айхенвальд. Именно так он и воспринимался современниками. Творчество Всеволода Михайловича было высоко оценено и корифеями русской литературы старшего поколения (Л.Н. Толстой, И.С. Тургенев, М.Е. Салтыков-Щедрин, Г.И. Успенский) и его литературными сверстниками (А.П. Чехов, В.Г. Короленко). Не много рассказов написал Гаршин, и не велики они по объему, «но в его маленьких рассказах», говоря словами Глеба Успенского, «положительно почерпано всё содержание нашей жизни», и своими произведениями он оставил неизгладимый светлый след в нашей литературе.
Книги Всеволода Михайловича Гаршина и о нём в адаптированных форматах имеются в фонде Ставропольской краевой библиотеки для слепых и слабовидящих имени В. Маяковского.



Плейкаст «К 160-летию со дня рождения В.М. Гаршина»

 #‎Гаршин160‬ ‪#‎ГодЛитературы‬